Но кто-то и по сей день уверен, что российский журналист, когда он является первоочередной целью для украинских террористов, если у него есть возможность иметь при себе оружие, должен быть безоружным. И в бою отбиваться нормами международного устава, который, к слову, нихера не работает на этой войне. Вот просто берет и не работает. И речь не об артиллерийских обстрелах, которые просто не выбирают, а о прицельном, снайперском, стрелковом огне. Отбивайтесь, значит, пунктами сводов и уставов.
"С лейкой и блокнотом, а то и пулемётом" - строки не просто так родившиеся. Все вокруг так любят называться военными корреспондентами, забывая, что это военный-корреспондент. И военный и корреспондент.
Что корры ДНР, что России, а тем более сейчас, всегда были и являются особой мишенью для Украины. И рассуждать о нейтралитете, обособленности - как минимум нелепо.
На протяжении всего периода освобождения Мариуполя со мной был автомат, и порой он появлялся в кадре. Вызывая вопросы у некоторых. Дальше будет другой участок фронта, и туда я, говорю сразу, без автомата тоже не сунусь. Не то, чтобы я был прям великим репортёром, но некоторая степень узнаваемости есть. И представлять, что будут делать со мной в плену, я не горю желанием. А ещё меньше я горю желанием, чтобы за мою жизнь кто-то отдал свою, давая шанс спастись мне. Я знаю людей, с которыми буду в одном строю, и знаю, кто готов это сделать. И меньше всего мне хочется потом объяснять их близким, почему так вышло. Мы единый организм, и единый враг для врага нашего.
Есть люди, которые не берут в руки оружие. И это понятно. Непонятны мне те, кто не делают этого, и обвиняют меня и моих коллег, что мы держим под рукой автомат.
